Очень и очень понравилась мне зелёная ветка Киевского метрополитена. Всё самое лучшее вобрала она в себя из того, что я так люблю в Московском метро: законсервированные станции, метромост, новые станции, новые составы, рекламный состав, подобный именным и многое другое. Здесь, в моём случае, обошлось без стычек с властями, да и Паше, кажется, тоже удалось этого избежать, однако ему попался мужичок, охарактеризованный им самим как “немного не в себе”. Я самого конфликта не видел и даже не слышал, но Павел донёс до меня ситуацию так:
“Мужик стоял как раз в той точке, с которой мне очень хотелось фотографировать. Когда я подошёл, сначала он попросил у меня денег, но я деликатно объяснил ему, что, мужик, а не пошёл бы ты нафиг, после чего встал с ним рядом и начал фотографировать. И тут, значит, он как закричит: “А-а-а, у него ментовская камера, шпион! Шпион!” В принципе, кричал он не громко, да и народ, который оглянулся на всё это, понял, что мужик с разбитой головой немного не в себе, и что не стоит обращать на него внимание.”
Другое дело, что я мог вернуться в Москву без панорамок станций Вырлыца и Красный Хутор, потому как это две, будем так говорить, праворукие станции, где платформа целиком и полностью обозревается дежурной по станции. На станции Вырлица Павел подсуетился и быстро сфотографировал за спиной у дежурной всё, что надо. Естественно, ему проще — меньше кадров нужно сделать для успешной сборки панорамы, ведь у него широкоугольный объектив типа ФишАй. Хотя нет, там мы, пожалуй, в равной степени рисковали, однако, Павлу повезло — дежурную заняла случайная прохожая расспросом о том, как пройти на какую-то там улицу. Дежурная, похоже, так хорошо знала окрестности, что достаточно эмоционально рассказывала всё это своей собеседнице. Она не слыша даже, что за ей спиной характерными хлопками срабатывает затвор зеркалки. Мне тоже повезло, после довольно продолжительного трёпа дежурная-таки удалилась на другую платформу, и за это время я успешно собрал материал для панорамы. “Вот у кого, действительно, шпионский фотик, так это у тебя”, — завершив фразу, Павел грозно направил указательный палец на висящий на моей шее Olympus, когда мы переезжали на другую станцию.
На Красном Хуторе я вообще столкнулся с редким случаем, когда на станции была не дежурная, а обязанности исполнял именно дежурный. Тем не менее, он тусовался только на платформе прибытия, а мы материал собирали с платформы отправления. Лично я там действовал по принципу: “Если я его за столбом не вижу, значит, и он меня, скорее всего, тоже не видит”. Логика, конечно, я понимаю, железная, но, ведь, факт остаётся фактом — из двух разных точек фотографировал и замечен за нарушение правил метрополитена не был.
С трудом далась нам Сырецко-Печерская линия. Мы-то наивно полагали, что левый берег целиком и полностью лежит на поверхности, как и на Святошинско-Броварской ветке, а н-нет, облом… хотя нет, почему же облом? На левом берегу, между прочим, оказались очень и очень интересные и красивые станции. Павел в какой-то момент, правда, сказал: “Эээ, как меня уже задолбало метро… в смысле нет, идея мне нравится, идея прикольная и я готов продолжать, но мне уже просто надоело здесь находиться”. Собственно, из-за того, что линия оказалась немножко длиннее, чем мы думали, в знаменитой Киевско-Печерской Лавре побывать не удалось, но не страшно. Думаю, я не в последний раз был в Киеве.
Зал станции Сырец (Сирець)
